В новых балетах. Часть 12.

Ранее: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11.

По твердому убеждению самой балерины, никакие субреточные роли в комическом балетном репертуаре, то есть в «Тщетной предосторожности» или «Коппелии», ей не подходят, и она никогда за них не бралась. А в то же время такая роль, как Царь-девица, не лишенная некоторого озорства и юмора, отлично ей удается. Секрет здесь, видимо, кроется в том, что образ Царь-девицы композитора — многоплановый. В его характеристику тонко вплетены два мира музыкальных образов. Один — мир фантастический, волшебный. Ведь она волшебница, сестра Царицы-водяницы, месяц — братец ей родной, и она дает его Иванушке в провожатые на дно моря-океана. Другой — раскрывающий ее чарующую простоту и лукавство, при всей царственности и горделивости. Это национальные черты, свойственные русскому женскому характеру, с его добрым, шутливым юмором. Таков был образ, подсказанный Плисецкой музыкальной драматургией, но к сожалению, не осуществленный полностью в хореографии. Можно сказать, что в новом «Коньке-Горбунке» Плисецкая искала и находила вдохновение в музыке с ее гибкой мелодичностью и острой ритмикой. Царь-девица впервые появлялась в пятой картине балета («Серебряная гор; в золотой лодке с золотыми гуслями в руках. Ее гордую голову украшал золотой кокошник в виде расходящихся сверкающих солнечных лучей.

После эффектного выхода идет большая танцевальная сцена, которая в финале переходит в своеобразное дуэтино с Иваном. Композитор чувствовал что традиционность балетных адажио и па-де-де несовместима с образами Ивана и Царь-девицы, несмотря на определенную условность и установившиеся традиции построения балетного спектакля. Вот почему он написал чудесное дуэтино в котором впервые появляются новые, контрастные предыдущей фантастические сцене темы, новые краски. Иван очарован Царь-девицей, но и ее, как она скрывает это, тоже влечет к нему. Здесь у Царь-девицы проскальзывают черточки озорного юмора, лукавого кокетства. Майя Плисецкая выявляет в созданном ею образе все эти женские черты, показывая силу ее женской власти с Иваном. А в шестой картине, в царском тереме, танец ее становится игривым, веселым и черточки характера, намеченные в картине «Серебряная гора», получают дальнейшее развитие. Царь-девица Плисецкой начинает танец, полный задора. Она очаровательно заигрывает с Иваном, дразнит глупого царя, постепенно втягивая старика в свой головокружительный танец. Она смеется над ним, лукаво переглядываясь с Иваном, заставляя царя делать все, что ее душе угодно. И царь буквально «танцевал под ее дудку», проделывал вслед за ней все прыжки и пируэты, но споткнувшись, не растянулся на полу, доставив этим полнейшее удовольствие озорнице, изображающей из себя капризную красавицу.

Царь совсем теряет голову, молит ее о свадьбе. Но Царь-девица не соглашается. Если хочешь взять меня, То Достань ты мне в три дня Перстень мой из океана. Она, конечно, не ожидала, что этот каприз обернется против нее и царь прикажет отправиться за перстнем Ивану. Ей совсем не хочется расставаться с ним. Она очень огорчена. Но если так — у Царь-девицы — Плисецкой во взгляде и движениях мелькает решимость, — она поможет ему. И Царь-девица дает Ивану серебряный месяц — он осветит ему дорогу и доведет его до ее сестры — Царицы-водяницы.

В последнем действии Царь-девица (Плисецкая здесь, оставаясь на пуантах, сменяла балетную пачку на расшитый золотом и серебром русский сарафан), томясь от скуки в ожидании Ивана, всячески развлекается, издеваясь над царем. Она то и дело тормошит его, кокетничает, капризничает и смеется, тянет за бороду, заставляя плясать. Возвращение Ивана вызывает у нее восторг. Она кидается к нему навстречу. Особенно интересна в исполнении Плисецкой следующая сцена. Царь-девица не соглашается выйти замуж за царя, она возмущена наглостью старика. И мы, кажется, слышим ее слова:

Как же можно нам венчаться?..

Не растут зимой цветы:

Я красавица, а ты?

Не выйду никогда

За дурного, за седого,

За беззубого такого!

И Царь-девица предлагает старику помолодеть — для этого стоит только прыгнуть в котел с кипящим молоком. Но царь приказал первым прыгнуть Ивану. И когда Царь-девица увидела Ивана стоящим над котлом, она, хоть и волшебница, ужасно испугалась и, схватившись за голову, отвернулась, — так ей было страшно за Ивана. Эпилог балета задуман композитором как большая русская танцевальная рапсодия, в которой проходят все основные музыкальные темы. Царь-девица и Иван танцуют большое адажио (си-бемоль мажор) — единственный музыкальный номер балета, отдающий дань традиционным балетным формам. У Плисецкой здесь интересная вариация с сопровождением вудблоков в оркестре, написанная в прихотливом ритме, — начинаясь медленно, плавно, вальсообразно, она переходит в быстрый и игривый танец, а затем снова возвращается к плавной и мелодичной теме. Вариация полюбилась балерине — здесь есть в чем проявиться ее виртуозности.

Продолжение...